Человек после абьюза: пути исцеления. Одержимость и зависимость.


По материалам книги Джеймса Холлиса "Душевные омуты"

Одержимость – это идея, которая внедрилась в сознание и обладает достаточной энергией, чтобы подавить волю. Такая деспотическая власть над сознанием, конечно же, провоцирует у нас тревогу, которая, в свою очередь, вызывает рефлекторную реакцию с целью сгладить внезапный внутренний импульс, возникший благодаря этой идее. Каждому человеку свойственны навязчивые мысли, и каждый из нас имеет склонность к тем или иным навязчивым повторениям. (1)
Иногда мы осознаем свое одержимо-навязчивое драматическое поведение, иногда нет. Иногда мы совершаем индивидуальные ритуалы, в основе которых лежит магическое мышление, с целью снизить уровень своей тревоги; эта тревога иногда проявляется в том, что человек часто моргает, ломает пальцы рук и т. п.; при этом он обычно плохо осознает, что с ним происходит. Как правило, такое поведение в основном остается бессознательным, и человек с ним смиряется. Иногда оно становится навязчивым и серьезно вторгается в нашу жизнь.[...] (2)

Чем более навязчива внезапная идея, тем глубже лежат ее корни и тем сложнее обосновать ее появление.[...]

Во время настойчивого ухаживания можно получить прямо противоположный результат из-за проекции на другого человека некоего жизненно важного элемента своей психики. Такое навязчивое мышление не следует путать с любовью; это чистая проекция, и в подавляющем большинстве случаев она будет отражать какой-то аспект первичных детско-родительских отношений. (3)В силу того, что родитель имеет власть над психикой зависимого от него ребенка, эмоциональные травмы, размытая идентичность и глубинная динамика отношений становятся основными элементами его психической структуры. Со временем бессознательный материал, который оставался вытесненным, активизируется и проецируется на другого человека. При навязчивой проективной идентификации другой человек наделяется отсутствующим у нас элементом и становится его носителем, превращаясь таким образом в хранителя нашего благополучия или, наоборот, становясь воплощением для нас величайшей угрозы.
Вследствие проективной идентификации возникает влюбленность. В состоянии "влюбленности" мы испытываем самые лучшие чувства потому, что другой человек какое-то время отражает отсутствующие у нас элементы психики. Благодаря моментальному сближению со своей целостностью у человека появляется ощущение эйфории. Очевидно, что черты личности другого человека отличаются от тех, которые есть у нас в бессознательном. Поэтому наша проекция не может существовать долго; когда реальность смещает фантазию, "любовь" превращается в безразличие и даже в ненависть по отношению к проявившимся "несоответствиям" другого человека. Все мы знаем, какой одержимой может быть любовь, ибо в ней содержатся наши первичные проекции. Речь идет не только о тех проекциях, которые остались у нас с детства, но и о тех, которые возникли при ощущении экзистенциального тупика, связанного с нашим одиночеством на планете, которая вращается и одновременно падает в страшной пустоте бесконечности.[...]

То, что не поддается интеграции, осознанию, обязательно превращается В одержимость. Внезапно пришедшая идея содержит большой аффективный заряд, который угрожает психическому равновесию. Нарушая это равновесие, мы совершаем отыгрывание, которое может показаться иррациональным И пагубным, но в целом является логическим следствием бессознательной идеи.
Проясняется проблема, с которой мы сталкиваемся в этом омуте: сделать бессознательную динамику сознательной. Так как это самая трудная проблема – причем иногда неразрешимая и непереносимая,- наша одержимость нарастает и мы продолжаем оставаться в Аду. (4)Как мы уже отмечали, поскольку неожиданно возникшая идея обычно уходит своими корнями в раннее переживание, чаще всего детское, мы вынуждены столкнуться с таким обстоятельством, которое ребенок не может перенести или ассимилировать. Именно рефлекторные воспоминания этого невыносимого аффекта поддерживают высокую степень одержимости.
Взрослый человек может выдержать непереносимое. Потом сказать: "Я одинок, я действительно одинок. Рядом со мной нет ни одного близкого человека. Мне может быть больно, ужасно больно. Они не позаботятся обо мне и не помогут. Я боюсь боли и боюсь жить в страхе. У меня нет сил, чтобы дальше жить. Если кто-нибудь меня не спасет, я погибну".
Этим все сказано. Эти тайны скрыты так глубоко и так неотвратимо воздействуют на нашу душу, что мы не можем ни повернуться к ним лицом, ни их перерасти. Они никуда не исчезнут и неожиданно появятся в то самое время, когда нам больше всего захочется управлять своей жизнью. Они напомнят нам о нашей хрупкости; они вынудят нас почувствовать себя неудачниками, они заставят нас испытать чувство стыда и унижения. И тогда необходимо вступить в борьбу с этими невыносимыми мыслями, чтобы, наконец, лишить их тиранической власти над нами.(5) Юнг однажды заметил: "Большинство моих пациентов знали глубинную истину, но не прожили ее". Эту мысль можно выразить несколько иначе: пока мы не проживем глубинную истину, мы будем долго оставаться в Аду.[...]

Зависимости: колесо-распятие Иксиона

Иксион, дерзко попытавшийся соблазнить Геру, привел в ярость Зевса и по его повелению был привязан к огненному колесу, которое должно было, не останавливаясь, катиться по небу, пока не попадет в царство Гадеса. (Интересно отметить, что остановила огненное колесо, правда, лишь на время, одна только прекрасная музыка Орфея. Точно так же одержимость Иетса смягчала лишь прекрасная лирика, которая время от времени исходила из глубины его истерзанной души.)
Муки Иксиона известны каждому из нас. Навязчивое поведение, связанное с одержимостью идеей, заключает нас в замкнутый круг: "одно и то же, одно и то же". Кто из курильщиков не чувствует отвращения к себе при очередной неудачной попытке бросить курить? Какой пьяница не пьет горькую, желая заглушить вину, вызванную последним запоем? Какой обжора-невротик не трясется при виде сала? Кто не ощущал себя прикованным к стальному колесу рациональных защит и привычных стилей поведения, даже если они лучше всего помогали установить контроль над собой или достичь социальной успешности?
Распространенным является мнения об алкоголиках как о людях потерянных и безвольных, но есть другое представление: это люди, которые больше всего стараются показать свою способность контролировать ощущения своего Я. Например, Грегори Бейтсон утверждал, что запойный пьяница верит, что может вызвать духов и управлять ими. Приняв этот вызов, духи вступают в борьбу и, как правило, в ней побеждают. Но тогда пьяница подвергает свою силу воли новому испытанию – если не старается достичь абсолютной трезвости, которая рано или поздно должна прийти в результате давления повседневной жизни, то фантазирует о возможности управлять неуправляемым. Таким образом эмоциональная боль, от которой пьяница хочет избавиться, становится вторичной в сравнении с мобилизующим его стремлением испытать довлеющую над ним силу. Эта цикличность может лишь усиливать напряжение, пока, как утверждают Анонимные Алкоголики, человек не признает в этом испытании свое полное бессилие.

В обращении к основателям Ассоциации Анонимных Алкоголиков Юнг сказал следующее: "Пристрастие к алкоголю (на низшем уровне) эквивалентно духовной жажде целостности, присущей нашему бытию", внутреннему стремлению к соединению с высшей силой. Физиологическое воздействие алкоголя или любого наркотика, изменяющего настроение, позволяет человеку на какое-то время установить эту связь, но затем ее разорвать. Человеку приходится продолжать пить, чтобы заглушить новую боль, и все начинается сначала.[...]

Отказавшись от фантазии об управлении и контроле, а потому испытывая не только страдания из-за отказа от власти Эго, но и боль из-за отказа от защиты от боли, можно ощутить освобождение от колеса Иксиона. Это переживание во многом напоминает подчинение человеческой воли божественным силам – "не моей, а Твоей воле".
Юнгианский аналитик Мэрион Вудман очень проникновенно описала адскую сущность колеса Иксиона.
За масками успешности скрываются унижение и ужас. Постоянно существует один общий фактор. Людей сознательно подводят к тому, чтобы они становились все лучше, оставаясь внутри жестких рамок, которые они для себя создали; бессознательно они не могут управлять своим поведением. Есть великое множество социальных и индивидуальных причин, побуждающих вырваться из хаоса, чтобы покончить с повседневной суетой. Так долго может сохраняться только сила воли. Если эту силу воли человек может поддерживать за счет какой-то зависимости, то перед ним открывается пустота. Когда вечером для человека наступает время вернуться к себе, его маска и внутренняя Сущность не вступают в контакт… Навязчивая одержимость сужает спектр жизненных ощущений, пока не прекращается жизнь: существование, наверное, продолжается, но это уже не жизнь.

Вудман отмечает, что эти рамки – колесо Иксиона – создает сам человек, хотя он этого не подозревает. Какую бы психическую структуру мы ни создавали для поддержания шаткого ощущения своего Я, наше зависимое поведение становится защитой от страха, осознаем мы это или нет. По существу, любая зависимость – это тот или иной способ справиться с тревогой. При активизации психического материала, с которым связан данный аффект, психика начинает выполнять защитную функцию.
При возрастании страха наше поведение подчиняется определенным стилям, позволяющим нам "войти в контакт". С установлением контакта тревога медленно снижается. Это происходит обычно неосознанно. Человек может зажечь сигарету, покурить, потушить ее и в то же самое время продолжать беседу. К сожалению, полезные воздействия при кратковременном контакте непродолжительны, поэтому в период следующей активизации материала поведение, позволяющее преодолеть страх, должно повториться. Колесо Иксиона катится, периодически возвращая человека обратно – к началу.
Как отмечает Вудман, нельзя постоянно сдерживать хаос, нельзя не чувствовать ужаса, ощущая, как земля уходит из-под ног, поэтому паллиативное поведение человека заставляет колесо сделать полный оборот. Повторяю: вина, стыд, неудача следуют по очереди, быстро сменяя друг друга; при этом мы надеемся, что они нас освободят, но они только еще крепче нас связывают. Разумеется, нам не следует себя ругать за свою внутреннюю травму, так как воздействие страха делает нас очень слабыми. Повторю: задача, возникающая в этом мрачном душевном омуте зависимости,- отважиться выдержать невыносимое. То, что не может быть осознано, будет проецироваться на человека, на предмет, на процесс, и колесо покатится дальше.
Нет более адского Ада, чем зависимости, ибо ничто другое мы так уверенно не считаем своим грехом. "Куда б ни полетел, я окажусь в Аду; ведь Ад – я сам". Но мы подчиняемся идее, она всегда заложена в нашей личности. Эта идея не ассимилирована, она привязана к прошлому, к первичным отношениям. Нам следует помнить, что если такая идея связывает нас с прошлым, наши возможности остаются ограниченными, как в детстве. Такие идеи обедняют нам жизнь; они редуктивны и по своей природе, и по своим последствиям, так как защищают нас от страха, который обязательно сопутствует личностному росту. [...]
Наша задача, ужасная задача, заключается в том, чтобы разобраться в истоках своей одержимости, вскрыть противоречия зависимости, чтобы найти первичную, неассимилированную, глубоко скрытую идею. Тогда мы, взрослые люди, сможем выдержать невыносимое, подумать над немыслимым, выстрадать то, что не могли выстрадать раньше, чтобы стать свободными людьми.
Колесо Иксиона тихо и неумолимо катится дальше – так же тихо и неумолимо, как я пишу, а вы читаете. Никто из нас не может все время находиться в сознательном состоянии, а вина и стыд, которые порождаются нашими многочисленными недостатками, истощают именно ту силу, которая необходима для конфронтации с бессознательным. Погрузиться в состояние тревоги, ощутить то, что вы реально ощущаете,- значит "преодолеть" деспотизм эмоций, которые нас постоянно преследуют, и покончить с ним. Мы – это Ад; мы бессознательно его создали и рефлекторно от него зависим. Спуститься в Ад и пройти через его круги – единственный способ найти выход, как это сделал Данте во время своего ужасного путешествия. Спастись от Гадеса можно только спустившись в царство Гадеса." (с)


**************************************************************************************
Мои комментарии к этому тексту, как обычно, для тех, кто борется с травмой насилия.

1. Абьюз всегда сопровождается одержимостью. Во время абьюза партнер агрессора тратит колоссальное количество психической энергии сражаясь, как минимум, с двумя видами одержимости:
- Одержимость эмоционально недоступным и/или "загадочным" партнером выражается в постоянном поиске средств, способных развлечь-порадовать-удержать унылого и хронически недовольного, непонятного человека. В голове нормального человека появляется задачка, которая неукладывается ни в одну известную ему когнитивную схему, и мозг лихорадочно ищет алгоритм решения - это и есть механизм одержимости. Пример - в случае тяжелого заболевания каждый человек ищет ответ на абсолютно риторический вопрос "Почему?".
- Одержимость своей недостаточной хорошестью (плохостью), самокопанием, в поисках ответа на вопрос "что со мной не так, раз такой волшебный, замечательный человек так плохо ко мне относится?" Сюда же - бесконечное самосовершенствование и "улучшайзинг".
Эти две одержимости мешают спонтанной радости от жизни, профессиональному росту, творчеству, заботе о себе и общих детях, общению с друзьями и близкими: все больше и больше партнер абьюзера погружается в эмоциональную, экономическую, сексуальную и др. зависимости, что приводит человека в тоннельное восприятие мира, сузившееся до интересов психопатологичного партнера.

После разрыва абьюза длительное время сохраняется одержимость патологической личностью, которая выражается в:
- поиске информации о расстройствах личности;
- навязчивых мыслях;
- неспособности переключать внимание на другие аспекты жизни;
- отслеживании бывшего партнера в социальных сетях;
- мыслях о мести;
- неспособности поддерживать общение с близкими на темы, отвлеченные от ситуации абьюза;
- др.

2.В токсичных отношениях могут появлятся разного рода навязчивости, которые не наблюдались до встречи с агрессором. Это могут быть неврологические симптомы (частое моргание, тики), поведенческие (например, выстраивание тарелок-чашек по размеру, или частое мытье рук). Это симптомы тревоги. Обычно их замечают близкие жертвы. Неврологические симптомы лечит невролог, поведенческие - психотерапевт или психиатр.

3. В период ухаживаний жизненно необходимо быть максимально бдительным, что практически недоступно из-за химических реакций в организме. Анализ (самоанализ) периода ухаживаний является обязательным после разрыва отношений. Не смотря на то, что оба партнера стараються предстать друг перед другом в лучшей форме, в этот период всегда есть проявления паттернов родительско-детских отношений, которые позже обрастут разного рода "фантиками". То, как "любили" человека в детстве (я не беру случаи после личностной работы над собой), так и вас будут потом "любить", собственно, так и вы "любите". Первые три года отношений (плюс/минус) - это время проекций, работы биохимии. С реальным человеком мы встречаемся только на третьем году. То, что является истинной любовью, возникает после окончания работы проекций...или не возникает. В ситуациях абьюза как раз на этот период приходится первый серьезный "ледянной душ", закручивание первого витка спирали зависимости. Партнерше (партнеру) агрессора хочется немедленно вернуть эйфорию периода влюбленности. Т.е. при здоровых отношениях начинается период узнавания и принятия реального Другого, а при абьюзе наступает период первого слива личности жертвы - снижаються требования к партнеру, прощаются измены, рождается ребенок, рвутся связи с родными и друзьями и т.д. Все, лишь бы не ушел, вернул то состояние, когда вместе было хорошо. Там, где приходит время диалогу, в абьюзе возникает монолог. Это время знаменует начало эмоциональных качелей, если абьюзер не перегнул палку и жертва не соскочила. Обычно не соскакивает, потому что а) либо детская травматика б) либо точно выверен напор и продолжительность ледянного душа.

4. Монолог в абьюзе возникает по разным причинам:
а) неосознаваемое желание отыграть детскую травму, нанесенную токсичным родителем. Буквально - это "я маленькая (ий) не смогл(а) справиться, потому что делала что-то не так, сейчас я обязательно справлюсь и меня будут любить...я заслужу любовь правильным поведением". Одержимость поиском того, что я делаю не так, раз человек не может меня любить.
б) психологически здоровый человек "зависает" в фабуле безумия партнера, потому что мозг одержим идеей найти когнитивную схему происходящего. Как правило, это люди любопытные к жизни, думающие и альтруисты, надеющиеся помочь любимому партнеру (или, как минимум, желающие его понять).

В обоих случаях начинаются гормональние, биохимические и нейропсихологические изменения в организме, а также, начинаются изменения личностной структуры (самооценка, когнитивные схемы, ценностные установки, угол оценки реальности, критическое мышление). По аналогии с наркоманией. Колесо Иксиона созданно - зависимость сформированна, дальше она будет только усугубляться. Число вращений колеса зависит от многих факторов:
- устойчивость личности,
- грани приемлемости поступков в отношении себя, детей и своих родных (по мере нарастания зависимости эти грани будут двигаться в сторону толерантности),
- окружения,
- социального статуса (карьера, брак, имущество, рождение детей),
- др.
Самое пародоксальное, что с теми, кто побывал в абьюзе, в последствии можно четко отследить и сам круг Иксиона, и число полных оборотов. Эти обороты кореллируют с циклами идеализация-обесценивание, влюбленности-"разлюбленности"(цикл допамина), накапливание раздражения - экскалация насилия - "медовый месяц". Это все об одном и том же. Я в своей работе с клиентами стараюсь рассмотреть обороты колеса с разных углов: так проще понять, что двигало партнером. Такая работа позволяет осознать, что случилось на самом деле, потому что иначе невозможно до конца избавиться от чувства вины, даже проработав, что "в отношениях - двое" - это всего лишь клише. Мы сталкиваемся в этом случае с разладом ума и сердца. Ум все понимает, а душа продолжает чувствовать вину и стыд, свою "плохость".

По дороге переоценки событий прошлого, при травме насилия, жизненно необходимо пройти несколько раз. Речь не идет в убеждении себя, что он - плохой, а я - хорошая. Речь идет об обективном воспринятии реальности - действий, поступков, поведения, а не слов, эмоций и ощущений.

5. Травма насилия подрывает все основы нашей личности. Без травматических переживаний, я думаю, человек обладает системой ценностей и установок, которые были сформированны родителями, окружением и социумом. Травма насилия стирает это все в пыль. Поэтому так тяжело. Встают экзистенциальные вопросы: "А кто я после всего того, что со мной случилось?", "А какой этот мир на самом деле?", "А какие другие люди на самом деле? и почему они отличаються от меня?", "А во что теперь верить?", "Что есть добро, а что - зло?".

Это очень сложный период истинного взросления; да еще он происходит тогда, когда человек абсолютно обесточен, разрушен, и, кажется, что совсем нет сил жить дальше. Это время работы души и ума. Все, к чему придет человек в этот период, является его самостоятельно "рожденными" новыми основами личности, с которыми он пойдет по жизни дальше. Они могут быть разными - все зависит от того, как будет преодолена травма. Это будут очень устойчивые основы, пошатнуть которые смогут только жизненные потрясения большей силы, чем произошли.

Этот период жизни наполнен мощными страхами, базовой тревогой, апатией, чувством безнадежности, потому что у человека насилие над ним, совершенное другим человеком, приводит к разрушению Эго (или, по Юнгу, Персоны).

Один из самых сильных страхов - "Я не смогу справиться, у меня не получится". Моя рекомендация: если вы близко подошли к такому страху, и рядом нет того, кто может вас сконтейнировать ( Контейнирование — это способность проживать разные эмоции без подавления их в себе и без выплескивания на тех, кому они не предназначены.) - идите на психотерапию. Потому что это крайне тяжелое состояние и для психики, и для тела, которое может спровоцировать человека на суицид.

Не стоит думать про себя, что вы - слабый человек. Слабаки в сложных жизненных ситуациях уродуют жизнь вокруг себя, а сильные люди - уродуют себя!
Я не призываю быть слабаком, но я зову из сильного человека стать свободным!


Берегите себя! Оставьте колесо Иксиона абьюзеру - он бегает по такому колесу всю свою жизнь.

с возвращением вас!)
как обычно, пока только просмотрела пост (побаиваюсь днем читать весь), и хочу пообсуждать)

"То, что не поддается интеграции, осознанию, обязательно превращается В одержимость." - отсюда и суть психоанализа? рассказать все, что мучает?


"Я одинок, я действительно одинок. Рядом со мной нет ни одного близкого человека. Мне может быть больно, ужасно больно. Они не позаботятся обо мне и не помогут. Я боюсь боли и боюсь жить в страхе. У меня нет сил, чтобы дальше жить. Если кто-нибудь меня не спасет, я погибну"."Я одинок, я действительно одинок. Рядом со мной нет ни одного близкого человека. Мне может быть больно, ужасно больно. Они не позаботятся обо мне и не помогут. Я боюсь боли и боюсь жить в страхе. У меня нет сил, чтобы дальше жить. Если кто-нибудь меня не спасет, я погибну".
- а если человек добавляет, вроде как, говорит внутреннему ребенку "я спасу тебя, теперь я могу спасать тебя, верь мне, мы справимся, я сделаю все, чтобы справиться", - это правильные, здоровые слова или тоже избегание ужасной истины?
все все разберем по полкам))) сижу пишу еще одну очень важную лично мне статью))
Здравствуйте! Вышла из астрала наконец-то :-). Отвечаю.

"То, что не поддается интеграции, осознанию, обязательно превращается В одержимость." - отсюда и суть психоанализа? рассказать все, что мучает?

Я сама не изучала психоанализ. Но, безусловно, читаю много работ по нему. Суть психоанализа, как и любой глубинной терапии (не вся терапия является глубинной) максимально из возможного найти бессознательные элементы, которые "отравляют" жизнь человека. Т.е. по сути терапевт вместе с клиентом погружаются в бессознательную сферу и структурируют то, что было осознанно. Структурирование происходит по принципу построения гипотез (Что значит найденный, т.е. осознанный материал, в контексте жизни клиента). Цель любой терапии - адаптация клиента к реалиям его жизни. При том к тем реалиям, которые видит клиент, а не терапевт. Т.е. если клиент не считает отношения абьюзом, хочет их сохранить, считаю, что терапевт не имеет права настаивать на том, что они токсичны. Терапевт может только сделать психологическое информирование. А дальше клиент решает може, хочет ли он двигаться дальше. Это этика консультирования.


- а если человек добавляет, вроде как, говорит внутреннему ребенку "я спасу тебя, теперь я могу спасать тебя, верь мне, мы справимся, я сделаю все, чтобы справиться", - это правильные, здоровые слова или тоже избегание ужасной истины?
Это очень правильные слова. Человек должен научиться поддерживать себя сам. Если он не умеет этого, то он снова и снова будет попадать в разные зависимости - от людей, еды, никотина, алкоголя, наркотиков, сериалов, работы и т.д.

По сути цель терапии - "вырастить позвоночник". Сюда относиться и самооценка, и способность справляться с эмоциями, и способность преодолевать трудности, и способность самоутешить себя, и многое еще другое.
понятно. я имела в виду, для этого ли психоаналитики работают над извлечением информации из бессознательного. ну, не знаю, как точнее выразиться.

:) радует. спасибо) я и такие слова говорю, но и к сериалам пока еще прибегаю.
Человек после абьюза: пути исцеления. Одержимость и за
Пользователь sirin_from_shrm сослался на вашу запись в своей записи «Человек после абьюза: пути исцеления. Одержимость и зависимость.» в контексте: [...] Оригинал взят у в Человек после абьюза: пути исцеления. Одержимость и зависимость. [...]